Неизвестный Айвазовский 31/10/2017

«Сюжет слагается у меня в памяти, как сюжет стихотворения у поэта, я приступаю к работе и до тех пор не отхожу от полотна, пока не выскажусь на нём моею кистью».
И. К. Айвазовский

Лунная ночь. 1888 год.

Лунная ночь. 1888 год.

Великому маринисту и баталисту, главному живописцу Морского Штаба Российской империи, действительному тайному советнику в этом году исполнилось 200 лет. Прожив насыщенную, интересную жизнь, он оставил после себя наследие более чем в 6000 картин и славу великого филантропа и мецената.
О биографии Ованеса Айвазяна известно практически всё - как ребенком он научился сам играть на скрипке и рисовал углем на заборах, как его талант распознал градоначальник Казначеев, как затем Иван был отправлен в Петербургскую художественную академию и затем, уже, очевидно, счастливая судьба будущего великого мариниста по-настоящему взялась за него - выставки, заграничные командировки, милость государя и в целом очень счастливая судьба. Всю жизнь Айвазовский был человеком из сказки — наивным, впечатлительным, свято верящим в чудо. Самое замечательное, что чудеса в него, похоже, тоже верили и старались как можно чаще появляться на пути художника.

Утро на морском берегу. Судак. 1856 год.

Утро на морском берегу. Судак. 1856 год.

Любому человеку хотелось бы прожить такую жизнь: полную красоты мира, путешествий, приемов, знакомств с сильными мира сего... жизнь, которую сам художник наполнял благими делами - заботой о родном городе, археологическими раскопками, выставками своих картин в разных городах. Но осознает ли обыватель сколь тяжелой была его жизнь? Знает ли, что к его ошеломляющей производительности - ведь он мог написать небольшую картину за час, а большое полотно - за несколько дней - добавлялось еще и то, что он был удивительно трудолюбив - по обычаю, начинал свой день в 6 утра, а заканчивал лишь к 4 дня пополудни. Шутка ли - более 6000 картин, даже если взять 60 лет его творческой деятельности - это минимум по 100 картин в год! Не сравнить с Куинджи, писавшем свою знаменитую картину "Вечер на Украине" целых 23 года... Скорость написания картин Айвазовскому нужна была прежде всего для изобразительных, технических целей. Иван Самарин, соавтор книги "Неизвестный Айвазовский" поясняет: "Эффекты, которых Айвазовский достигает, изображая воду и небо, сильно зависят от скорости движений, быстрого нанесения тонкого красочного слоя. За один сеанс нужно было наложить тонкий слой на всю поверхность грунта до того, как тот высохнет. Иначе были бы видны края, не получилось бы плавных градаций и едва ощутимой смены тонов на больших участках картины, особенно в изображении неба." Такая техника называется лессировкой и, в случае Айвазовского, картины, написанные рукой мастера - отрада для коллекционеров- они в прекрасном состоянии, поскольку тончайшие красочные слои меньше подвержены растрескиванию. 
Артхив пишет: "Айвазовский, безусловно, видел, что для многих художников их дар – то ли благословенье, то ли проклятье, иные картины пишутся едва ли не кровью, истощая и выматывая своего создателя. Для него же подходить с кистью к холсту всегда было самой большой радостью и счастьем, он обретал особую легкость и всемогущество в своей мастерской. При этом Айвазовский внимательно прислушивался к дельным советам, не отмахивался от замечаний людей, которых ценил и уважал. Хотя не настолько, чтобы поверить, что легкость его кисти есть недостаток."

Прощание Пушкина с морем. 1877 год.

Прощание Пушкина с морем. 1877 год.

Или был такой забавный случай: Илья Репин, с которым они вместе написали великолепное «Прощание Пушкина с морем», тоже как-то упрекнул его по поводу одной картины: «У вас тут свет с двух сторон».И Айвазовский ответил ему: «Ах, Илья Ефимович, какой же вы педант!»
Огромное значение личность Айвазовского имела для его родного города, Феодосии. Здесь он открыл и руководил художественной мастерской, проводил археологические раскопки, пополняя фонды Эрмитажа, способствовал постройке новой ветки железнодорожного сообщения в Феодосии, подарил городу в вечное пользование воду из Субашского имения - построил на собственные деньги фонтан водоизмерением 50 000 ведер воды в сутки, новое здание музея древностей, галерею, которую также завещал родному городу.

Лунная ночь. Берег моря. 1885 год

Лунная ночь. Берег моря. 1885 год

Вообще Айвазовский из захолустного, забытого богом городка Феодосия, создал край благословенный, полный творческих личностей, писателей, поэтов, художников, и отзвуки его деятельности в Киммерии слышны были через много лет после его кончины.
И конечно, Иван Константинович не был чужд некоторому тщеславию. Интересный факт — Айвазовский был и остается единственным художником в Петербурге и России, имевшим чин тайного советника — равный по табели о рангах адмиралу флота, что давало ему неотъемлемое право носить адмиральский мундир! И это очевидно, если посмотреть на его парадный автопортрет.

Автопортрет. 1892 год.

Автопортрет. 1892 год.

Но главными вещами в его жизни всегда были лишь море, живопись и свободолюбие. То самое свободолюбие стало причиной его добровольного отъезда из столичного Петербурга в провинциальную Феодосию. Вряд ли свободолюбивому художнику, объездившему всю Европу, хотелось оставаться на коротком поводке при дворе императора. В Феодосии он был большим и уважаемым человеком, ценил деньги и связи, устраивал грандиозные приемы, но, неожиданно, в середине обеда, мог объявить, что приказал заложить лошадей. При этом сквозь всю его биографию проходит какая-то доброта и бесхитростность, свет и эмоциональность - и отражение этих качеств мы видим в его картинах.
Айвазовский, задолго до Передвижников, стал устраивать выставки в Харькове, Симферополе, Одессе, Николаеве, Риге, Киеве, Варшаве, Херсоне, Тифлисе, а также выставлялся в европейских столицах. Собранные средства с большинства выставок шли на благотворительные цели: малоимущим студентам Художественной Академии, вдовам художников, на нужды Красного креста или в сиротские приюты. Айвазовский всегда отдавал больше, не ожидая благодарности в ответ. "Рожденный смертным, оставил за собой бессмертную славу" - такие слова высечены на мраморном монолите над могилой великого Ивана Константиновича.

Расскажи друзьям:

Вам может понравится